05fa1182     

Михановский Владимир - Какое Оно, Небо



Владимир Наумович Михановский
КАКОЕ ОНО, НЕБО?
Цивилизация, которая возникла на предпоследней планете
яркого гиганта Сириуса, по праву считалась старейшей в Га-
лактике.
Крон Фур был подлинным сыном Третьего яруса. Ему и об-
щаться не приходилось с жителями первых двух ярусов, счаст-
ливчиками, которые знали, что такое вольный воздух, напоен-
ный дыханием настоящей зелени.
Он в жизни не видел солнца, зная лишь искусственное осве-
щение. И не мудрено. Третий ярус на много миль уходил под
землю. За толстыми нейтритовыми плитами бушевала расплавлен-
ная магма. Плиты постоянно охлаждались жидким гелием, кото-
рый день и ночь циркулировал по трубам, утопленным в торцы
защитных блоков. Впрочем, понятия "день" и "ночь" носили в
Третьем ярусе чисто условный характер. Сутки дозировались
здесь машинами - правда, как говорят, в точном соответствии
с тем, что происходило там, на поверхности.
Рано утром розовели панели. Пронзительный гонг разбивал
вдребезги плотную тишину, какая бывает только глубоко под
землей. Транспортные ленты, бегущие все в одном направлении,
мгновенно переполнялись. Жители Третьего торопились. Их жда-
ли ненасытные белковые идолы. Отдохнувшие за ночь, они тре-
бовали все новой и новой пищи, дать которую мог им только
человек. В течение рабочего дня они будут поглощать информа-
цию, накопившуюся за ночь в недрах мозговых клеток этих спе-
шащих людей, все, как один, в синей пластиковой коже, с нез-
доровым загаром кирпичного оттенка от кварцевых панелей.
Пластиковая кожа, защищавшая от радиации, служила одеждой
жителю Третьего со дня рождения и до самой смерти.
Крону вчера исполнилось четырнадцать. Об этом под большим
секретом ему сказал Учитель.
Верховники полагали, что знать свой возраст, как и многое
другое, жителям Третьего яруса ни к чему. В идеале они вооб-
ще ничего не должны знать - ни о себе, ни друг о друге.
В общем, это имело смысл. Чем меньше получит о себе ин-
формации подземник, тем лучше. Не для него, а для белкового
воспитанника. "Подземник не принадлежит себе" - таков был
девиз, вдалбливавшийся с младенческих лет в головы жителей
Третьего яруса. Третьеяруснику не приходилось искать цель
своей жизни - она была ясна с самого начала: воспитать свое-
го биобрата, белковую копию, которая полетит на новые плане-
ты, готовить их для будущих колонистов. Человек не выдержит
огромных перепадов давления и температуры, магнитных бурь в
миллионы эрстед, позитронных ливней - да мало ли чем еще мо-
жет угостить его открытый космос. Манипуляторы тут мало по-
могут - нельзя же предусмотреть в них все случаи жизни. Да и
обходятся они недешево. Иное дело - четырехметровые белковые
идолы, выращенные в башнях синтеза. Хотя после полного курса
воспитания они и походили во многом на человека, но слеплены
были, конечно, совсем из другого теста. Сила и выносливость
белковых во много раз превосходили человеческие.
В суровых условиях космоса гибли, конечно, и белковые,
но, поскольку это не люди и даже не животные, ни одно из
бесчисленных обществ по охране жизни не выражало протеста.
Гибель машины, даже самой совершенной и дорогостоящей,-
это, в конце концов, неизбежная вещь в таком деле, как осво-
ение новой планеты.
Жители Третьего яруса были лишены личной жизни. Все было
подчинено одному - воспитанию биобратьев. По ночам, когда
люди забывались в беспокойном сне, их мозг с помощью гипно-
педических аппаратов насыщался разнообразной информацией -
от документальных фильмов, расс



Назад